|
Научная фантастика возникла как жанр, описывающий последствия внедрения
какого-нибудь технического устройства в ширнармассы. Вот есть такая
штука, вот как она меняет социальную структуру. «Штука» может быть
любой – от нового сорта удобрений до антигравитатора. Но вообще-то,
если быть ближе к классике, она должна быть технически реализуемой на
нашем уровне знаний хотя бы в принципе. Антигравитатор непонятно как
делать – а вот, скажем, пятисотэтажный небоскрёб или пассажирский
самолёт-амфибию сделать можно. Ну просто пока не хватает каких-то чисто
технических приблуд, которые обязательно будут сегодня-завтра. Или
экономически невыгодно. Или просто ненужно. ПОКА невыгодно и ненужно. А
чуть подешевеет то-то и то-то, или изменится конъюнктура туда-то и
туда-то – и сделают.
Так вот. Среди технических устройств, которыми фантасты двадцатого
века оснащали будущее, была такая приблуда – видеофон. То есть телефон с
видеокамерой и телевизором. Чтобы не только, значит, говорить, но и
видеть собеседника. Обычно видеофоны изображали на столах у героев, а
на улице – в кабинках… Иногда – с голографией, чтобы уж совсем поразить
воображение читателя.
И что же? Сейчас видеофон и в самом деле
существует. Это не очень востребованная, но вполне работающая вещь. В
скайпе, например, это дело имеется. Фантасты не ошиблись.
Вот
только досада: передача видеоизображения оказалась мелкой фишечкой,
деталькой, появившейся по ходу совершенствования очень сложной и
абсолютно никем не просечённой системы: компьютеров и интернета. Ну не
предполагал никто в те времена укромные, что даже слово «работать» в
двадцать первом веке в развитой стране будет означать в основном
«висеть над клавиатурой».
Похоже, сейчас аналогичная ошибка делается в отношении уже компьютерных технологий.
Я имею в виду идею «виртуальной реальности», понимаемой как «виртуальное пространство».
То,
что комп рано или поздно срастят с человеческим мозгом напрямую, уже
не является дискуссионным вопросом. Сделают. Хотя бы потому, что
выяснилось: мозг – довольно пластичная штука, и свою архитектуру
способен менять в очень широких пределах. Сейчас, скажем, сделать
штуку, позволяющую двигать курсор «силой мысли», несложно: = можно
засунуть в двигательную зону электроды, можно и без таких ужасов,
просто биотоки снимать. Причём мозг адаптируется к электродам: нейроны,
сцуки, учатся, отращивают дендриты и вообще. В башке появляется чуть
ли не центр движения мышью.
Предвидеть это было, в общем-то,
несложно. Дальше мысль идёт понятной дорожкой: научиться работать не
только на передачу, но и на приём. То есть не только передавать сигналы
от мозга в комп, но и получать.
Стандатный ход мысли дальше –
«полностью виртуальное пространство». Люди, лежащие в этаких
саркофагах, а все сигналы, в норме идущие от глаз, ушей, кожи и так
далее, эмулируются компьютером. Сидишь в специальной клетке, а тебе
через проводки гонят виртуальный мир, прекрасный и ужасный. Куда и
провалится всё прогрессивное человечество.
На эту тему написано
множество всяких романов, начиная от классика нашего Гибсона и кончая
потоковым производством. Пересказывать не будем – «все читали»,
ага-ага.
Возникает, однако, вопрос. А является ли этот самый
«виртуальный мир» - понимаемый именно как «виртуальное пространство»,
куда человек с головой ныряет – таким уж востребованным?
На первый взгляд кажется, что да. Играют же люди годами во всякие игрули. Значит, спрос именно на это. Экстраполируя…
Вот-вот. Экстраполируя. А с экстраполяциями вообще нужно осторожнее быть.
Вообще-то
игроманы составляют хоть и заметную, но не столь уж большую часть
потребителей тактовых частот. Большинство топчущих клаву играют в
игрули вполне умеренно, и гораздо больше времени проводят в самом
обычном общении, которое интернет столь облегчает. Ни в какую
виртуальную реальность они особенно не хотят – им и здесь неплохо. Не
нужны им чужие пространства. Посмотреть можно, а с катетером – нет.
А вот чего они хотят – так это пакета услуг, который можно назвать ВИРТУАЛЬНЫМ ВРЕМЕНЕМ.
Например.
Сейчас крайне обесценилась эрудиция. Очень многое можно посмотреть в
вики, если нет – нагуглить, если гугль не берёт – пошерстить руками.
Через какое-то время найти можно будет «ваще любую инфу».
Так
вот. Чрезвычайно востребованной вещью может стать «искусственная
память». То есть – гугль, подключённый непосредственно к голове. Чтобы
запрос посылался непосредственно через мозг в сеть, а найденное-
тексты-картинки-звуки - всплывало не на экране, а непосредственно в
памяти.
Возникает, конечно, вопрос, а как это будет работать,
если механизмы работы мозга и сейчас не особо известны. Ответ может
быть довольно неожиданным: вполне возможно, что при достаточно толстом
канале связи с мозгом он начнёт настраиваться на этот канал сам. Как
именно он это будет делать – «а чёрт его знает». Но вполне может
оказаться, что достаточно подвести трубу, а уж там оно само всё
прирастёт.
Понятно, что в таком случае через какое-то время ВСЯ
мозговая активность будет восприниматься как непрерывный «запрос к
сети». Что может привести к неожиданным эффектам. Человек задумался, не
посолить ли ему бифштекс – а у него в голове вспыхивает реклама
тибетской соли с ароматизатором, медицинские сведения о вреде
натрий-хлора, ссылка на форум, где обсуждается несолевая диета,
содержание соли в консервантах и так далее.
Тут возникнет
потребность во внутренней баннерорезке, фильтрах намерений, и так
далее. Не исключено, что появится комплекс духовных упражнений – скорее
всего, их разработают буддисты – которые позволят концентрировать
запрос и отсекать ненужные сущности. Не исключено и появление
механизированных фильтров: кроме Гугля и Яндекса появится какой-нибудь
Оккам или Отстой-Барьер. Настройки отказов станут не менее важными, чем
настройки запросов.
Через какое-то время содержимое мозгов
польётся непосредственно в сеть. Без дешифровки. Будут лежать на
файлообменниках огромные файлы непонятно с чем: то ли хеш-таблицы
соответствий запросов, то ли линки на какие-то ассоциации, то ли хрен
знает что. Какое-то время это будут даже исследовать – и узнают много
интересного о работе мозга. Потом забросят: «да хрен с ним, как оно там
работает, главное что работает». Зато обмен этими файлами окажется
очень полезным делом. «У меня тут ассоциативка к средневековой музыке,
покрути. А ты мне обещал ключи к Хайдеггеру, скинь, если найдёшь?»
Последствия
повсеместного использования такой подключаемой памяти окажутся очень
значительными. Например, будет наконец-то решена лингвистическая
проблема. Для начала на каждое слово чужого языка в голове будет
вспыхивать спектр значений, а вот грамматику придётся «самому
соображать». По мере самосовершенствования системы и грамматические
правила будут всасываться по ходу. Через какое-то время на освоение,
скажем, базового английского будет уходить где-то неделя ненапряжённого
слушания попсы и новостей. То же произойдёт со всеми остальными
знаниями. Они будут усваиваться по мере ознакомления, очень быстро. При
этом «проблема образования» не исчезнет, но очень сильно
трансформируется.
Почему подключение внешней памяти я назвал
«виртуальным временем», думаю, понятно. Но и пространство тоже будет
освоено. Только по-другому.
Так, появится спрос на виртуальное восприятие РЕАЛЬНОГО мира. Не виртуального, а именно реального.
Самый
простой пример: человек идёт по улице. Его зрение корректируется на
уровне мозга – он может видеть всё происходящее настолько чётко (или
настолько нечётко), насколько ему это нужно. Он может заглянуть за
угол, подключившись к телекамере на углу – причём не так, что
изображение в глазах померкнет и он увидит пространство за углом, а как
будто он испытал острейший приступ дежа вю: в голове вспыхнет, что
секунду назад за тем углом было то-то и то-то. Кстати,
посмотреть-вспомнить, что было на улице секунду, день или год назад –
если такая информация есть, он тоже сможет. А также сможет посмотреть
градостроительные планы, уточнить, где тут ближайший переход и сортир,
сделать покупку в соседнем магазине, не заходя в него – и при этом
вовсе не выпадая из реальности, а наоборот, ГЛУБЖЕ в неё погружаясь.
Прямой
контакт сети с мозгом, разумеется, принесёт и проблемы. Например, с
приватностью: уже сейчас анализ запросов, выдаваемых с определённого
компа, может дать о человека всю или почти всю интересную информацию,
«а то ли будет». Соответственно, расцветут всякие внутренние
анонимайзеры, закрытые сектора хранения данных и много чего ещё. Одним
из косвенных следствий будет чрезвычайное развитие субличностей,
«виртуалов», заточенных под определённые специализации. То, что сейчас
является всего лишь игрой – хотя иной раз она далеко заходит – станет
чем-то вроде контролируемого диссоциативного расстройства идентичности.
«То-то будет весело» - сплошные Билли Миллиганы.
Тут
прокладывается мостик к ещё более интересному. Подключение внешней
памяти и манипуляции с мозгом могут, наконец, позволить
интенсифицировать вполне «естественные» его способности. Люди получат
прямой доступ к тому, чтобы натренировать определённые участки мозга,
буквально «лепить» его. А поскольку возможности этой штуки мы
используем не так чтоб уж очень интенсивно – результаты могут быть
самыми неожиданными…
Полностью виртуальные миры ТОЖЕ будут. Причём сделают это так, по ходу дела, занимаясь куда более интересными вещами.
К. Крылов
http://krylov.livejournal.com/2061524.html
|
|
